Авторская колонка

KazLLM: миллиарды на ветер и цифры с потолка

KazLLM: миллиарды на ветер и цифры с потолка

Гульбану АБЕНОВА

Министр цифрового развития Жаслан Мадиев отрапортовал президенту Токаеву о грандиозных успехах: KazLLM пользуются 600–700 тысяч человек, а ChatGPT — 13% населения Казахстана (около 2,6 млн). Красиво? Красиво. Правда? Вряд ли.

Где 700 тысяч пользователей?

Google Trends за 90 дней по запросу «KazLLM» показывает «Недостаточно данных». Никакого хвоста. Никакого следа. Если бы продуктом действительно пользовалось население целого Шымкента, он неизбежно оставил бы поисковый след. Люди ищут вход, инструкции, обновления. Здесь тишина.

Либо министр считает «пользователем» каждого, кто случайно нажал кнопку в eGov, либо цифра взята с потолка.

Министр ИИ заявил, что 13% населения Казахстана пользуются ChatGPT это примерно 2,6 миллиона человек. Цифра звучит впечатляюще. Почти каждый седьмой житель страны.

Но сразу возникает простой вопрос: откуда эти данные?

Судя по реакции в зале, вопрос президента оказался для министра неожиданным. Не прозвучало ни источника статистики, ни объяснения методики подсчёта. Кто считается пользователем? Тот, кто зашёл один раз? Или тот, кто работает с сервисом постоянно?

Цифра была названа быстро и уверенно словно в расчёте на то, что её никто не станет перепроверять.

А ведь в цифровой сфере всё легко проверяется. Миллионы пользователей всегда оставляют след в интересе, обсуждениях, поисковых запросах, публичных метриках. Когда таких следов не видно, вопросы возникают сами собой.

Главный вопрос: где 3,9 миллиарда тенге?

На KazLLM выделили почти 4 миллиарда государственных денег. Результат? Продукт с «КОТОРОГО НИКТО НЕ ВИДЕЛ», Токаев прямо спросил: «Что с ней происходит?»

Ответа по существу нет. Есть только красивые цифры в отчётах.

У госпроектов есть старая проблема: на бумаге успех, в реальности тишина. Но цифровую экономику нельзя построить на презентациях.

«Это надо проверить», сказал президент. И эта фраза прозвучала как сигнал: начинается время конкретных вопросов.

Главный из них предельно простой где деньги и какой результат получила страна?

3,9 миллиарда тенге это уже не тест и не эксперимент. За такими вложениями должен стоять понятный эффект: не концепция, не отчёт, не обещания, а живой продукт, которым действительно пользуются.

Пока всё выглядит так, будто государству продали «успех на слайдах»: цифры звучат громко, но при первой же проверке распадаются на риторику.

И именно поэтому реакция президента «Это надо проверить» ю звучит не как ремарка, а как сигнал: время отчётных сказок заканчивается. А если результат не находится остаётся только вопрос, который уже прозвучал публично и слишком точно попадает в цель:

«Кто это всё придумал - пусть тот и платит».